Я решил прервать их генеалогические грезы.

— Миз Меланхоли,— сказал я,— у вас такое очаровательное имя. Каким образом вы его получили?

Она озадаченно воззрилась на меня:

— При крещении...

— Но кто выбрал это имя?

— Мой отец. Понимаете, он мечтал о сыне.

Пары виски и лоскутное одеяло имен и фамилий скрасили нам еще один час. Наконец дамы, слегка пошатываясь, встали, чтобы отправиться по домам.

— Ну так,— сказала миз Магнолия после суетливых поцелуев и возгласов «рада была познакомиться».— Теперь я поднимусь, проверю, как там ваша комната.

— Но она в полном порядке,— возразил я.— Все великолепно.

— Я предпочитаю сама все проверять,— грозно молвила миз Магнолия.— После того как Фреду пошел девяностый год, он уже не так внимателен.

— Девяностый год? — Я не поверил своим ушам.

— Точно,— сказала миз Магнолия, поднимаясь по лестнице.— Двадцать второго декабря ему стукнет девяносто.

Прежде чем я успел отреагировать на это известие, наверху показался джентльмен в бархатном халате; одна рука его сжимала большую и весьма острую на вид саблю.

— Они подожгли Атланту! — крикнул он.

— Господи,— выдохнула миз Магнолия,— опять он смотрел этот проклятый фильм «Унесенные ветром». И зачем только кузен Катберт подарил ему эту кассету на Рождество?

— Они в любую минуту могут оказаться здесь! — кричал джентльмен с саблей.

— Позвольте представить вам двоюродного дедушку Рочестера,— сказала миз Магнолия.

— Ты успела зарыть серебро? — спросил двоюродный дедушка Рочестер.— У нас мало времени.

Я вспомнил, что во время войны Севера против Юга южане почти все свободное время тратили на то, чтобы зарывать в землю фамильное серебро, спасая его от проклятых янки.

— Да-да, голубчик, успела, не волнуйся, серебро зарыто — успокоила миз Магнолия джентльмена с саблей.